в Мои рассуждения

КАРЕЛЬСКИЙ ЯЗЫК ОДИН ИЗ ДРЕВНЕЙШИХ Савельева Т. С.

Исследуя географическую лингвистику, и по статьям газеты Oma mua в том числе, я часто размышляла, что значит слово «Karjala». Напишем так: Karja+ala. Karju (karja) – это скот, т.е. те коровы и телята, которых летом собирал пастух на пастбища, ala – так говорят о близлежащих участках (niitändyala – выкашиваемые участки, kynnändyala – пахотные земли, meččyala –территории, занятые лесом). Можно сказать и так: в слове Karjala+la la – это суффикс, придающий коренному слову значение места и показывает, что речь идет о каком-либо отличии данного места в окружении человека, большое оно или маленькое, как напр. kana+la – курятник, место, где содержат кур. Каръяла – это территория выпаса скота. И получается, что карелы были скотоводами с незапамятных времен, а такой народ всегда был богат и свободен: еда каждый день была на столе. Еще наше поколение помнит. как корова помогла вдовам поднять и поставить на ноги детей после войны. В Карелии скот пасли всё лето в лесу. И лошадей на ночь отводили в лес. На луга не пускали скотину, надо было заготовить сена на зиму, ведь все «ёмкости» надо было заполнить провизией для семьи и скота. А поля еще более охранялись от вытаптывания, только осенью пускали коров и телят после уборки урожая на какое-то время на поля, чтобы они удобряли почву. Лес скот облагораживал всё лето: вытаптывал поросль, разряжая лес, и еще удобряя.

В самом слове toponim (греческое слово) второе слово – название (или имя), название какого-нибудь места. Названия различных участков нашего земного шара дают много идей для размышления. Слово mua: земля кормилица – молились. И в слове мама полслова тоже земля. Мама первая кормилица ребенка, земля – всех живых кормилица на нашей планете. Или piä → päivy → päiväine → Piälliine, т. е. голова → день → Солнце → Всевышний. Первый слог в этом ряду слов – это голова или глава. Однокоренные эти слова. Так может быть только в очень древнем языке. Теперь liygiläine. Liugu – это такие участки земли, где в основном нет ни высоких гор, ни круч, а довольно пологие равнинные территории. На Руси много таких территорий и в древности людям не приходилось лезть в горы, болота и леса не пропускали врагов да грабителей. Вслушаемся в слово alango. Как только прочитаем его помягче на манер финского языка оно близко к слову Олонка, да это и есть равнинная река. Jogi, jego, joeg libo oga, go, ga или чуть по-другому jeha, jaha, а иногда лишь a… Эти слова на значительной территории мира добавлены к названиям рек, посмотрите на карты: много таких названий рек можно встретить. Jogi и juogua – река и напейтесь также стоят рядком, а ведь так и есть – река поит, земля кормит.

Исследование топонимов началось давно, с ближайших к моему дому названий небольших деревень. В их названиях отражается форма, процесс образования, ландшафт, стиль ведения хозяйства и т.б. Kotkatjärvi – это парящий орёл сверху глядя; Uutjärvi (объединенное название нескольких деревушек: Tyhjälä, Lahti, Hieru, Hierunagju, Komun) – это имя нового озера, образовавшегося построенной для межколхозной ГЭС плотиной (Šuuku) и рядом деревня Šuuku; Tyhjälä (tyhjy+ala) – это перемытые меандрированием р. Олонки грунты, т.е. пустая территория. Представляете, сколько труда вкладывалось, чтобы хоть что-то вырастить при натуральном хозяйстве в послевоенные годы. Suarimägi, Konduseygy, Sepänvuaru, Reboiseygy, … Pertijärvi, Kalalambi, Kohutoja, Ojasuo, Kodasuo, Munamägi, Pert’uine, Muasiudu, Kuhatsiudu…  Есть несметное число сохранившихся в народе названий, а с незначительными искажениями и на довоенных картах еще. Конечно, трудно по-русски передать некоторые звуки ливви, как «в слове  Tyhjälä — до сих пор не знаю, как сохранить ливвийское произношение этого слова. М.б., только Kirvesjogi и Kodasuo требует разъяснения. Kirvesjogi – это переиначено от Girvasjogi, a girvas – это порог (kivikkö), т.е. водопад, конечно, не такой как Кивач, но впечатляющий лодочника. Koda – это сленг охотников, т.е. клетка без крышки, составленная вертикальными кольями, в центре которой была палка с перекладинкой и пучком колосьев. На этом болоте осенью кормились тетерева, глухари и куропатки и собиралось довольно много журавлей перед отлетом, когда они обучали журавлят к клину (меня дед брал на охоту и я своими глазами наблюдала это удивительное явление, а взрослая – на болотах Западной Сибири). Коды тюхъяльцев ставились на краю болота и иногда какая-нибудь птица садилась на перекладинку и проваливалась в кодушку. Лет двадцать назад мы там встретили в клюквопоходе такую одряхлевшую кодушку. Недавно пришло в голову: когда мы останаливаемся перевести дух от усталости, вырывается «Хуух» и есть глагол Huogavuo либо Hengästyö с выдохом на H?.

Приходит на ум чудное слово regi – сани. Мы помним, еще совсем недавно шоссейных дорог не было: летом перемещались по водным путям. Зимой ездили на санях по льду рек и озер. На дорогах приходилось бы слишком много снега убирать. На реках и озерах снег ветром сдувался к берегам, в центральных частях снежный покров был тоньше и даже после пурги обоз с грузом мог двигаться. так и называли санный путь или санный след. Вехи на снегу на открытых водоемах были хорошо видны. Regi, читая по-русски, близко к сову река, и не потянет ли это корни ливви еще глубже в историю? В русский язык пришло из ливви и слово nuaglu, чуть искаженное – нагель. Деревянными гвоздями (нагелями) прибивались в Карелии и подошвы сапог, да и крепкие они и были. Тем более при строительстве домов и лодок много требовалось нагелей! Самый крепкий нагель получался из можжевельника или рябины.

Kajoi – чайка. Kajošk – чайка в культуре американских индейцев. Чаек в Карелии много, так как 2 крупнейших в стране озера да и Балтийское море недалеко. Как кричит чайка? Послушайте: ”Kaajoi-kaajoi-kaajoi, …”. Либо воробей – čiučoi чирикает: “Čiu-čiu-čiu…”. N’uakku (галка) – n’uakkuu. Птица vigli (кулик) поёт: – Vigli, vigli, vigli. По своим песням эти птицы в народе получили свои названия, и придумывать их не надо было. Kottaraine (скворец) – живущая в кодушке (домике) птица, mečoi (глухарь) – в лесу (mečäs) живущая птица. Или возьмём некоторые глаголы. Haukkuo – лаять. Собака и лает: – Hau-hau-hau! N’iauguo – мяукать. Кошка и маукает: – N’iau-n’iau-n’iau! Uuvuo – выть. Волк и воет: – uuuu-uuuu-uuuu, коль кто слышал, напоминать не надо. Kronkuttua и kruakkua – каркать. Ворон: – krong-krong, а ворона: – kruaakk-kruaakk каркают. Медведь в старину назывался böröi, он рычит (börižöy), когда зол – лишь бы вдруг не высунулся из малинника.

Карельский язык относится к угро-финской языковой группе. У всех этих языков много однокоренных слов и очень старые все эти языки, но языки окружающих их стран постоянно перемешиваются с их лексикой и год от года языки всё более удаляются друг от друга, но понять всё-таки можно многое, поскольку степень толерантности их высокая, хоть и диалекты встречаются. В карельском языке ливви есть слова из русского языка, произносимые на карельский лад, в финском, так же как и в языке виена, много карельских слов, но есть и окарелившиеся русские. Финские ученые языковеды бережно относятся к диалектам родного языка, анализируют историю народа с их помощью, без устали собирают и сохраняют всё, что только удаётся услышать и найти по всей этой большой языковой группе. Не пропадает столь сложная работа, ведь обогащаются и литературные языки.

Слов с карельским корнем можно найти в разных уголках нашего земного шара, как будто карельскоязычный народ жил в этих местах с незапамятных времен. Названия местностей сообщают нам много всего о том народе, который дал название: об обычаях, о мировоззрении, где и чем добывалось пропитание, как добирались, не заблудившись, до нужного места и разные сведения о природе и образе жизни. К слову, все знают слово Jegipet в Африке. Это слово многое подскажет, если прочитать его так: jogi+peittäy. Большое отличие Египта фараонов от других стран в том, что эта страна была богата зерном, т. е. хлебом. Речные воды практически каждые четыре года поднимались высоко при быстром таянии снегов Килиманджаро и заливали огромную пойму реки Нил, а весенние воды несут с собой ценный ил, что улучшает плодородие пойменных почв до следующего разлива. Богат и был Египет пшеницей: своим хватало и в засушливые годы оставалось на экспорт в другие страны. Когда у государства достаточно своего хлеба и даже хватает на продажу, это государство суверенное: просить ни у кого ничего не надо, а в голодные годы на хлеб можно купить хоть что, хоть сколько.

Переместимся в Африке подальше к горе Kilimandžaro. Его название состоит их трех карельских слов: kivi+mua+žuaru. Эта огромная гора сформирована энергией земного жара. Это вулкан. Она видна очень далеко на равнинных пространствах. Его название знали и знают тысячи, потому оно и сохранялось в памяти людской не одну тысячу лет от поколения к поколению без изменений. Другой вулкан, также высоченный, в Никарагуа, называется Монпяччо. А прочитаем по-ливви: muan+päčči, что в переводе значит печь земли. Карелу без перевода ясно, что всё та же энергия земного жара образовала и эту гору и эта гора вулканического происхождения.

Поднимемся повыше в горы. Высоко в горах Тибета есть гора Kailos и одноименный монастырь. Напишем kai+ilos – вся радость. Туда путь длинный, паломники ходили туда молиться еще около пяти тысяч лет тому назад. Чтобы попасть туда надо было десятки дней плестись по крутым горным склонам всё выше и выше, а пищей был только черствый хлеб и того не вдоволь. Когда перед глазами до предела уставшего человека среди однообразных серых скал открывалась гора как голова крупного мужчины да рядом с ней красивейший монастырь. это была истинная радость, затмившая все чувства. Не просто так родилось в умах верующих название Kailos. Так и есть: когда очень хочется увидеть что-то, слишком долго ждешь осуществления мечты и вдруг перед тобой появляется еще чудеснее чудо – чудо из чудес: сияющий золотом в лучах Солнца красивейший монастырь и радость встречи трудно выразить словами, и силы прибавляются – на всю жизнь хватит. Имя Kailos правда было дано карелом, ведь это явление есть чудо открытия доброй веры в красоту.

Еще во времена этрусков, до римской рабовладельческой империи, жил такой народ, что жили большей частью за счет содержания коров – они были скотоводами. Так и тогда называли такой народ. Попробуйте сами посмотреть в книгах и музеях. И тогда такой народ умел жить в мире со своим сердцем и с природой. Но римляне начали их уничтожать. Уничтожили всё, что только смогли обнаружить: свой язык заставили забыть, его ломали латинистски, что было из дерева, сожгли, книги рвали и жгли, домашнюю утварь перебили, одежду, трудовой опыт и культурные традиции переняли. До нас дошло только то, что недра земли сумели уберечь. Люди бежали на север всё дальше и дальше в укромные уголки за леса да болота, где римские копья и руки, захватывающие в рабство, не могли найти и поймать. Возьмем хоть некоторых из их Богов и прочитаем их имена на карельский лад: Uni – Сон, Tag (taga) – Прошлое, Menerva(menniäre) – Уход, Vesta (viest’i) – Весть (сообщение, информация), Tien – дорога. Карелу и переводить не надо – это все огромные силы в жизни человека (обожествленные), энергию влияния которых без карельского языка невозможно было бы понять лишь на слух. Есть там название большой группы людей – lautni. Переведено это слово как раб, а lautni очень близко по значению к глаголу делать и получается работник, правда такой, который всю работу делает ладно и еще креативно. У римлян, наверно, все работники были рабами, поэтому принят перевод – раб. Я думаю этруски дали Балтийскому морю название Idämeri – Восточное море, ведь оно было по отношению к Этрурии как раз на северо-востоке. Это название сохраняется поныне на финских картах. Кто и когда дал ему это название: этруски ли, римляне или египтяне, а возможно, еще более древние народы. Но тот народ проживал наверняка с западной стороны по отношению к Балтийскому морю.

Но еще раньше, в одном из уголков современного Китая жили джугджени. Их историю вспоминал известный русский писатель Чивилихин (умер в расцвете сил). Читая в его книгах ландшафтные названия, попадающих на пути всадников мест, по-карельски. Можно подумать, например, и так: название реки Обь – huobii (нежная мягкая трава поймен-ных территорий). «Huobii!» – так могли от радости заорать всадники передних рядов при виде жирных густозеленых лугов поймы р. Оби, особенно, в середине и в конце лета. Первая буква ”h” при крике не доносилась далеко, а гласная ”o” с закрывающим слог ”b” слышали даже всадники последних рядов. От этого слова в восторг приходили все. Луга поймы Оби шириной более 25 км. Всех лошадей можно было откормить и дать им хорошую передышку на много дней. Как всадникам, так и лошадям хватало всевозможных припасов кошели заполнить. В засушливой степной зоне ни сена лошадям, ни провизии всадникам вдоволь не было.

Вспомнилось слово piärlöi – жемчуг, а ведь жемчуга находили в карельских чистых реках много: есть множество окладов образов, оформленных северным жемчугом и девушки и женщины украшали обильно речным жемчугом свои наряды и головные уборы. На поиски жемчуга приплывали в реки Карелии и северных побережий с юга по Днепру и Волге аж из древней Греции, а, возможно, и из более древних стран. В детстве мы искали жемчуг, раскрывая ракушки, которые поднимались на песчаные отмели в конце лета. На гавайских островах в англоязычном названии гавани Pearl-Harbor первое слово карельской природы. Там же, на Гавайях, есть название острова и горной вершины вулканической природы Sulavesi (Талая вода); или же kunaku – люди, человек, товарищ. В старину товарищ по-карельски был kunakku, еще в послевоенные времена так звали друга. В татарском языке есть такое же слово в том же значении, как min – я и sin – ты.

Во Владивостоке на стене одного из музеев была когда-то карта, где рядом со страной джугдженей в конце мыса полуострова Кореи есть местечко Silla. Очень похожа на мост эта узкая оконечность мыса да к тому она продолжается далеко в море узкой полосой под поверхностью воды моря в южном направлении. Похоже, что он техногенной природы и соединял когда-то острова с материком. C северной стороны было название гористой местности Ylähon – Верховье. Карелу, правда, перевод не требуется. Вспомнились мне лишь два названия с этой старинной карты.

Возьмем известную высочайшую горную систему Гималаи – Himalaji. В этом слове три карельскоязычных слова: higi+ mua+lagi (пот+страна+потолок). Эта самая крупная и самая высокая в мире горная страна великолепна своими крутыми заснеженными вершинами. Его снега образуются за счет выпота влаги из атмосферы. Когда теплый влажный воздух сталкивается с поверхностью ледяных скал или снежным покровом, в том месте образуется иней, снег или даже лед. Так там и есть: на крыши высоченных горных вершин мира снег скапливается именно таким образом. Совсем маленькой, когда вовсе не знала существует ли вообще такая гора, из бабушкиных сказок я слышала о преогромной горе по имени Hiemailagi. В названии самой высокой вершины Гималаев также есть корни его развития. В нем также слышится три карельских слова: čoma+lun(g)+maa (красивая +снежная+страна) и перевод не нужен. Льды и снега, которые покрывают поверхность этой вершины, образованы также из водяного пара воздуха. Такие вершины красивые, хоть и грозно величественные, сверкают в лучах Солнца и далеко видны – эти территории чистейшие, так как загрязненный воздух не поднимается в такую высь и не пачкает их снегов. Правда, эту вершину теперь чаще называют по имени английского полковника Эвереста. Да даже в древнейшем царстве Междуречья имя народа шумеры читается на карельский лад как suo  («s» звучало как «ш» при отсутствии зубов) + miero, т.е. народ заболоченных территорий. Карелу ясно, в каких условиях основная масса народа жила. только по названию.

Доказательств древности карельского языка еще много в памяти людской, хотя не сразу они проявляются. Лучше всего многие из них сохранились на старинных географических картах. Когда научились чертить карты, попав на бумагу многие названия дошли до наших времен, похоже, что многие из них попали на карты без изменения, а ведь часто названия переводились на язык страны победителя или создателя карт. Исследовать карты можно без устали. Большей частью читая названия крупных территорий на карельский лад, одновременно думая по-карельски, часто можно понять, какова природа этого места, как оно зародилось и как развивалось год от года, какие природные ресурсы там могли или могут быть. К слову, читая Париж по-нашему, слышим paras – лучший. По погодным условиям так и есть, на климатических картах это хорошо видно. Конечно, есть исключения, особенно в наше время, когда в атмосферу запускается столько летательных аппаратов, и в космос тоже, ведь слишком много тепла выделяется в атмосферу при запусковых взрывах, мощные вихри от которых как огромные торнадо закручивают атмосферу на огромных площадях. А с каждым годом в небо поднимается всё более крупные и энергетически мощные аппараты.

Добавлю сюда немного о названиях рек. По историку Ключевскому река Ока русской земли означает в переводе реку. Он утверждает будто русские люди перемещались всё севернее и перемешивались с карельским народом, а, может, было наоборот или двигались они когда-то навстречу друг другу. Ключевский подчеркивает, что у этих народов не было ссор и драк: всем хватало пищи и ресурсов на равнинных лесных и болотных пространствах, где было вдоволь рек и озер. А трудолюбивые народы умели вырастить и хлеб – не надо было грабить других. Священная китайская река Ганг (hanhi – гусь), если смотреть с космических высот, смотрится как величественный гусь в полете. На водосборе Желтой реки на высоте 3000 метров есть болотистая равнина, которая называется Sunbei (Suo+bei), возможно, цвет болотной воды дал название реке. В Сибири есть Čuga-jogi (по-тайное место) – повернув на эту реку поперек пути, можно было раза в 2 сократить путь и тем спрятаться и от преследователей. Čuuru-jogi (мелкий круглый камушек) – на берегах этой реки множество таких камушков, которые годились язычками в поддужные колокольчики. Suntar-jogi (ориентир) – длинная, прямая на большом пространстве, текущая прямо на север, указывающая сторону света, река. Для идущего она была прекрасной вехой в поиске верной дороги из Сибири к берегам Байкала, в те времена компасов же не было. Попав на эту реку ходок знал, куда дальше держать путь.

Названия рек часто помогали понять, где человек находится. Amudarja. Эта река также служила вехой тем, кто шел на восток, другими словами в сторону утреннего восхода, к слову, шагающим по шелковому пути или войскам Македонского, а может быть, много ранее для тех, кто стремился к Тихому океану (к краю Земли). Neva-jogi (nievy – топкий) река заболоченных земель, она заливала большие территории весной или во время затяжных дождей, где вырастал богатый травостой, хоть земля была заторфована довольно глубоко, косить можно было лишь в сухие годы – мужики знали, когда можно было надеять-ся на хороший сенокос. Или Volga-jogi. Слово volga близко к слову vonga. Vonga иногда vongu – это такое место в речном устье (pendži – дельта), т. е. в конце течения речных вод, где мощный поток речной воды, закручиваясь, врывается глубоко под стоячие морские или озерные воды, как бы со слабым стоном, вырывая глубокие ямы на дне своими круговоротами. Плывущим с моря легче было найти устье реки по этому звуку, который опытное ухо пловцов умело выделить. Вполне может быть так, что в этом названии кроется особенность генезиса речных устьевых территорий, ведь тогдашние мореходы остерегались речных быстрин и круговоротов воды, ведь небольшую лодку они могли покалечить или даже затянуть. А устье Волги на широченной, заросшей камышом, дельте нелегко было обнаружить. Ural-jogi (urai – бешеный) – течение этой реки именно такое. Il’men’-järvi – (ielleh+mene – иди дальше). Чтобы прогрести с юга в большой торговый город Новгород, надо было проплыть через Ильмень к Волхову. Это озеро ни один лодочник не мог спутать, такое оно огромное – попав туда, дорогу дальше знали. Трудно было грести по этому озеру, настолько ветреное оно было. Спешили к Волхову, там можно было отдохнуть: течение реки помогало купцам попасть и на Ладогу и далее по королевскому торговому пути и в Швецию и даже в густонаселенную Европу. Так и читается название этой реки Volhou (vuol+huogavud) – отдохнешь на реке. Ояt’-jogi хоть и довольно крупная, да в названии есть слово ручей (oja), возможно когда он был как ручей, небольшим. Часто встречаются названия Yläjogi (Верхняя или втекающая, как правило, в озеро) libo Alajogi (нижняя или вытекающая), Korvujärvi (в форме уха и глубокое), Jalkala (jalo+kala – благородная рыба), Orango (ora+jogi – сверло) и много такого есть даже на современных крупномасштабных картах. Да и слово Venä (Русь) не могло родиться без слова лодка (veneh).

В названиях кратеров острова Пасхи на Тихом океане есть Punapau (puna+piä – красная глава) – такие вершины сложены из красного камня. Название пустыни Кара-кум (karu+kuumu – жуткая жара). Услышав такое название, путник должен был свернуть с пути, иначе впереди конец. Название племени майя на Американском континенте близко к слову maja, другими словами крыша. Наверно, у каждого майя была своя надежная крыша над головой. На южном Урале есть высокая вершина Jamantau (jiä+mua+tau – лёд+страна+). Все знают нефтеносный полуостров Ямал в устье реки Обь. Когда мы читаем его по-карельски, получается, что лёд сыграл большую роль в его генезисе: там действительно многолетняя мерзлота. У крупной реки Обь сравнительно маленькая дельта по отношению к таким как у Волги или Нила, как будто она опускается на дно морское. Так и могло быть, не зная географических законов, как можно было дать такое название.

Морское течение Курасио (Kura+sievy – удобный жёлоб). Старшему поколению хорошо знакомо это слово, так как жёлоб устраивали, чтобы с крыши стекали по нему талые и дождевые воды туда. куда необходимо хозяину. И Курасио представляет собой преогромный желоб мощного морского течения. берегами которой являются стоячие морские воды. Оясио (Oja+sievy), холодное течение на северо-западе Тихого океана, восточное звено северного циклонического круговорота воды в Тихом океане, идущее с севера на юг вдоль восточных берегов Курильских островов также представляет собой желоб мощного морского течения. Мореплавателям древних времен были известны эти желобы, попав на них, можно было отдохнуть, если свой маршрут совпадал с направлением морского течения, знать надо было только меандры и закономерности течений.

Даже в Эвангелии много слов, по которым карел понимает о чем речь. Вспомним то место, где Иосиф отправляется в Египет. Ему надо было пройти мимо озера Гениссарское (heiny+suari+järvi – трава+остров+озеро). Карельскоязычная h-согласная перед мягкими e и i часто звучит как g. Это озеро находится в дельте р.Нил. На озерах дельтовых территорий есть острова, которые в основном травяные, поскольку лес не приживается на сырых почвах плоских островов из-за частых затоплений. Говорит же поговорка: саженец в воде не растет. Тысячи лет до похода Иосифа это озеро служило вехой на длинных дорогах путников, как и озеро Ильмень. В Эвангелии упоминается гора, с которой Христос вознесся в небеса. Это Елеонская гора, по-карельски звучит как Elonmägi. Теория общежития Бога осталась твердой во многих сердцах, он хотел для человека того, что хотел бы каждый для своих близких и для себя: такие законы, в которые верили бы сердцем, которым следовали бы своей волей без принуждения. Это место и осталось в людях святым, как гора, на которой имя Божье осталось навечно. А Апостол? Opastai (учитель). Aliluijja (ole+luja – будь крепка) вера в Бога! Карелу ничего не надо добавлять, исходно понятно, без перевода. Jumau, Jumala – Бог, Всевышний. Я перевела бы Jumala (juоmala) как утоляющий духовную силу человечества, как ”narajanu” в индийской религии – жажда творчества: талант не трудно носить / талант не считается ношей.

Наверняка корни ливви языка находятся еще глубже тех времен, когда эти имена уже существовали. Kalevala (Kaleva+la). Калева – так называется по-карельски созвездие Орион. Может мы пришельцы с Ориона? Может приземлились именно на Воттовааре, не зря же там Гиперборея была. В недрах Земли да и на поверхности обнаруживается множество разнообразных подтверждений древности пребывания человека на земном шаре. Среди тогдашних наверняка были и карелы. Гомеровский Ясон-царь искал, наверно, в первую очередь, творения народных поэтов – руны, но не сообразил грести подальше на север. В карельской культуре до сих пор обнаруживается множество разнообразных рун – это ли не доказательство древности языка, хоть и ломали его на разные лады, а всё-таки находятся жемчужины ливви-языка и его лексический короб наполняется постепенно и надо бы его наполнять постоянно.

 

Кандидат географических наук Tamara Saveljeva. Опубликовано в

Oma mua №№ 43, 44, 45,46;  2016г. +

Написать Комментарий

Комментарии

Solve : *
18 ⁄ 6 =